03.02.2010

Вопрос недели № 3

К настоящему моменту прокуроры огласили все доказательства и допросили значительную часть свидетелей. Убедительны ли для Вас доводы стороны обвинения? Считаете ли Вы Михаила Ходорковского виновным?

Гонтмахер Евгений, российский экономист, руководитель Центра социальной политики Института экономики РАН.

Ещё до начала процесса, когда были предъявлены обвинения Ходорковскому и Лебедеву, было понятно (об этом ещё говорили юристы и специалисты в нефтяной отрасли), что всё это надуманно и никакого состава преступления здесь нет. Конечно же, этот процесс носит политический характер. В оглашении прокуратурами обвинений было сделано колоссальное количеством неточностей и ошибок, даже в письменном виде. Они не всё даже читали, ссылаясь на то, что это написано там, это можно прочитать здесь. Была допущена масса процессуальных нарушений, на которые всегда обращали внимание адвокаты, но качество обвинения от этого не улучшилось. То, что сейчас происходит с историей с Голубовичем это, честно говоря, полный фарс: он говорит, что либо не знает, либо не помнит, либо вольно-невольно только подтверждает невиновность. С моей точки зрения, это уже не правосудие. Все люди, даже противники Ходорковского, это понимают, но у них другой довод: «виноват — сиди», а за что сиди — непонятно. Так что посмотрим, когда будет оглашаться приговор, потому что тогда там всё станет понятно. Очень многое, конечно, зависит от позиции судьи Данилкина. Он ведёт себя достаточно нейтрально, поэтому пока не демонстрирует каких-то симпатий к той или иной стороне, наверное, судья так и должен действовать.

Качкаева Анна, кандидат филологических наук, доцент МГУ, сотрудник Московского бюро Радио Свобода.

Мне, конечно, как не юристу трудно судить об этих подоплёках, деталях, цифрах и обстоятельствах, но просто присутствуя на процессе, мне как человеку, который всегда следит за реакциями, смыслами и образами, всё это представляется сильно неубедительным. Я вижу, насколько беспомощны люди, которые отвечают на вопросы, как раздражены прокуроры, и как уверены, абсолютно здраво и чётко настроены люди, которые по ту сторону решётки. Поэтому даже с этой точки зрения, мне это напоминает процесс из Кафки, где все всё понимают и обо всём догадываются. Такая бессмыслица и какая-то виртуальность этих обстоятельств делает процесс каким-то фантасмагорическим. Это такое эмоциональное и внешнее отношение к тому, что я не однажды видела в зале суда.

Гудков Лев, российский социолог, директор Аналитического центра Юрия Левады (Левада-Центра)

Нет, я, конечно, не считаю. И всё, что я знаю, читал и сам присутствовал, мне кажется, что это настолько неубедительное, искусственное и заказное обвинение, что оно просто рассыпается. Сама настойчивость, если не сказать наглость позиции прокурора, говорит о том, что дело не в формальной и не юридической стороне, здесь действуют совершенно определённые интересы власти. Это всё вызывает тревожные и очень грустные чувства, потому что это не проблема юриспруденции, не проблема нарушения закона – это проблема абсолютного беззакония, продавливания власти своих интересов через суд, прикрытие судом. С логической и законной точки зрения, дело не выдерживает ни малейшей проверки, оно не стыкуется, оно абсурдно.

Барабанов Илья, редактор отдела политики журнала «New Times»

Вопрос виновности или невиновности находится в компетенции суда. Я, честно говоря, не очень понимаю, как нынешнее обвинение коррелируется с обвинением в первом процессе, на мой взгляд, они взаимоисключающие. Политическая подоплёка этого процесса абсолютно очевидна. По первому «делу ЮКОСа» им осталось отбывать наказание не так долго и очень скоро они смогут выйти на свободу. Самое главное нужно учитывать то, что процесс политический и проходит в преддверии определяющего для страны 2012 года – выборов президента. Если приговор и по этому делу будет обвинительным, то мы поймём, что те слова о свободе, демократизации, нормализации правового поля, которыми так любит оперировать Дмитрий Медведев, они не более чем пустой звук, и происходит консервация того режима, который был построен в предыдущие восемь лет. Если у Дмитрия Медведева найдётся политическая воля, чтобы этот процесс завершился каким-либо иным исходом – оправдательным приговором, закрытие дела за недостатком доказательств – вариантов наша судебная система предоставляет множество, тогда будет совсем иная история.

Муратов Дмитрий, главный редактор «Новой газеты».

Для меня очевидна подоплека этого процесса. Для меня очевидно, как «Байкал Финанс Групп» борются за отнятую ими собственность. Достаточно вспомнить изменение показаний г-на Голубовича. Я по-прежнему романтически надеюсь на самостоятельность судьи Данилкина и отвечать на вопрос «виновен-невиновен» предоставляю ему. После чего оставляю за собой и газетой право на особое мнение.