RSS
Интересно, что думают студенты юридических факультетов, часто бывающие в Хамовническом суде в зале номер семь? Мы видим, как они смеются и вполне профессионально обсуждают поведение своих «коллег» — прокуроров, тоже, вроде, юристов. Судя по их разговорам, студентам стыдно делить свой профессиональный цех с недоучками в синих мундирах.
А сколько потенциальных абитуриентов юрфаков после посещения Хамсуда поменяли свои карьерные планы? Хотя, может, и наоборот, понаблюдав за прокурорами, они решили, что если ТАК можно обходиться с законами и рядить в преступников любых граждан, то быть юристом очень просто. Это как певцу открывать рот под фонограмму или повару варить суп из пакетиков. Знания, опыт и интеллект нынешним «юристам» не нужны. Читать дальше »
В Хамовническом суде закончилось судебное следствие по делу Михаила Ходорковского и Платона Лебедева. Как подготовились к процессу, как в нем работали обе стороны, мы лицезрели полтора года. И все это напоминало плохую школу.
Двое из ларца, неодинаковых, правда, с лица, вовсю стараются: «Что? Хозяин? Надо?». Прокуроры Лахтин и Смирнов, заглядывая в компьютер, старательно списывают подсказки. Но толку от этого никакого.
Лахтин экает, мекает, с трудом выражает свои, а уж тем более чужие мысли на русском и «нерусском» языках. Это не просто двоечник. Он еще и хронический второгодник. Надзирающий прокурор, работающий с «делом ЮКОСа» уже много лет, он ничего не понимает в деле и его деталях. Подписи в документах ему видятся всякий раз странные: то расписался Карл Маркс, то – недавний вариант – некий товарищ под псевдонимом «Русский Перевод». С цифрами тоже беда… В общем, по всем дисциплинам неуд. Ничего не получается – и тогда, раздражаясь, ученик Лахтин пинает свои принтер или компьютер, ожесточенно рвет бумажки и, рванув из-под себя стул, выбегает из класса…то есть, из зала номер семь, не спросив разрешения. Ну, видно, припекло. Читать дальше »
 |
| Свидетель Колесников | © Павел Шевелев |
Всем привет.
Конец судебного следствия! Этот день должен был ознаменовать собой находку каждой капли из 350.000.000 похищенных тонн нефти и раскрытие схемы того, кто, когда, у кого и как похитил это море жирной жидкости.
Увы…
Лахтин до последнего дня не переставал удивлять участников процесса, а также зрителей, своим творчеством. Не удивлялся его действиям, пожалуй, только его же ноутбук.
Лахтин привел свидетеля. Зрители шепотом уточнили: «приволок». Представлять его нет смысла — обычный сотрудник юридической фирмы. Он не сказал ничего плохого, но и ничего стоящего мы тоже от него не услышали. Читать дальше »
 |
| Ходатайства | © Павел Шевелев |
Всем привет.
Вчера надзирающий прокурор Лахтин в очередной раз проверил память Платона Лебедева. Заодно он узнал, что в доме номер 5 на Колпачном переулке когда-то давно находился Красный зал. Прокурор переспрашивал пять раз, пока запомнил номер дома и адрес.
Сегодняшний день он начал с проверки собственной памяти. Он снова дотошно выяснял у Лебедева номер дома на том же Колпачном переулке. Лебедев в пятницу утром не был настроен юмористически и предложил судье заменить прокурорскую память карандашом и бумагой.
Судья прокурорский вопрос не снял, но предложению Лебедева не воспротивился. Читать дальше »
 |
| Платон Лебедев | © Павел Шевелев |
Всем привет.
Наконец прокурорам дали шанс довести Платона Лебедева до чистосердечного признания и узнать все то, о чем они до сих пор стеснялись спросить.
Полон зал № 7, зал прессы также забит под завязку: этот день обещал стать сенсационным. Забегая вперед, скажу: ожиданий день не оправдал.
Начали как будто нормально. Лахтин задавал вопросы по мере их поступления в его ноутбук, вопросы нормально маразматические и никак не связанные с хищением чего-либо. Другого не ожидали.
Казалось, он просто хочет очернить банк «Менатеп», работу Лебедева и его показания насчет банкротства банка. Все это время Смирнов молча сидел с красными ушами, а Шохин отвлеченно ковырялся в своем ноутбуке, как будто ни Лебедев, ни Лахтин, ни сам процесс не имеют к нему отношения. Когда степень идиотизма вопросов Лахтина превысила разумные пределы, Данилкин раздраженно объявил перерыв.
Прошел обед, а прокуроры так и не задали ни одного вопроса про хищения, а про нефть и вовсе забыли. Видимо, боялись острого лебедевского языка: каждая его реплика закапывала обвинителей все глубже. Именно поэтому на этот бой Лахтин был выставлен в одиночестве – его самолюбие за время этого процесса уже должно было атрофироваться.
Весь этот день был полезен только тем, кто внимательно слушал рассказ Платона Лебедева о сложностях работы в 90-ые годы. Для самого же процесса этот день был потерян.
Завтра прокурорам придется отвечать на множество ходатайств. Сделали ли они свое домашнее задание и, если сделали, то как – мы узнаем, как всегда, в зале № 7.
На днях Михаил Леонтьев в передаче «Однако» заметил, что «сидящий Ходорковский — это гвоздик, на котором висит вся российская путинская государственность». При этом «никакой другой государственности, кроме этой, кое-как отстроенной на посткатастрофном пепелище, у нас нет». Путин вытащил Россию из пепелища… но, считает журналист, «если этот гвоздь вырвать, вся конструкция сорвется, и тогда... пошла гулять она по кочкам».
Описанная картина напоминает Буратино, подвешенного за свою курточку на гвоздь и беспомощно болтающего своими деревянными ручками-ножками. Сам он с этого гвоздя не слезет. Или надо его бережно снять, или, действительно, вытащить гвоздь из стены, позволив деревянной кукле упасть на каменный пол… Так кто в этой ситуации сильнее – торчащий из стены гвоздь, или Буратино? Премьер поставил себя в такую ситуацию, когда этот гвоздик – посаженный за решетку Михаил Ходорковский — от него не зависит, а он сам в полной зависимости от этого забитого в стену мощного гвоздя.
Пока гвоздь остается на своем месте. Читать дальше »
 |
| Модернизация, говорите? |
Всем привет.
Сегодня главные события происходили в зале 323 Мосгорсуда. Там Ходорковский, Лебедев и их адвокаты обжаловали решение Хамсуда «о продлении сроков содержания под стражей» — как называют ежедневные унижения и пытки в средневековом СИЗО Москвы 21-го века.
Лахтин от имени госинквизиции обосновал необходимость держать невиновных людей за двойной решеткой. В числе прочих «гениальностей» он привел следующий убийственный аргумент: подсудимые привели в зал № 7 свидетелей, которые не желали доказывать виновность подсудимых.
Не проще ли вынести официальное решение, что Ходорковский и Лебедев останутся в СИЗО до тех пор, пока не напишут «чистосердечное признание»? А это решение оформить как персональный для Ходорковского и Лебедева закон, чтобы отпала необходимость их оправдания в связи со ст. 108 УПК РФ. Можно и Конституционный суд заставить вынести отдельное постановление, что законы в стране есть и, в общем-то, должны соблюдаться. Но не в случае Ходорковского и Лебедева. Читать дальше »
 |
| Владимир Переверзин | © Павел Шевелев |
Всем привет.
Полный зал. Кто-то даже не побрезговал и присел на прокурорский стул. Мест не хватало. Сегодня должен был придти свидетель защиты, о котором заранее шепнули, что он может стать свидетелем обвинения.
Поменять пять с лишним лет свободы на простые словечки: «не знаю, не помню, может быть, скорее было, чем не было»… Кто стал бы упрекать Владимира Переверзина за такую сделку? У кого есть на это право?
Владимир Переверзин, по версии лахтинского обвинения, руководил той «стиральной машиной», в которой Ходорковский и Лебедев отмывали свои «преступные деньги». По той же сказке, они ему поручили, когда и какие суммы переводить на какие счета, чтобы скрывать свои преступления. Читать дальше »
Вот уже который месяц я прихожу в Хамсуд с ощущением жгучего стыда. Стыда за происходящее там, по большому счету, беззаконие и безобразие. Но к этому, глобальному позору, казалось бы, можно было бы уже и привыкнуть. За полтора-то года. Но нет. Участники процесса (и я не имею в виду сторону защиты) не дают расслабиться. Каждое утро мое сердце мучительно сжимается от предвосхищения очередной мерзости, подлости и наглости, которая поджидает меня в некраснеющих стенах зала номер семь.
Конечно, по сравнению с весной 2009 многое уже изменилось – многие маски сорваны навсегда. После памятного многим оскорбительного допроса Татьяны Лысовой Валерий Лахтин уже не пытается делать вид в кулуарах, что он дружит с журналистами — теперь он откровенно советует им не бездельничать, а «работать на государственные нужды».
Что касается зрителей, то недавно прокурор по-андроповски пригрозил покатывающемуся над ним залу проверить, что «все эти люди делают в суде, на процессе Михаила Ходорковского и Платона Лебедева, в рабочее время». Особенно ядовита желчь прокурора, предназначенная для приходящих в зал убеленных сединами правозащитников: Ковалева, Алексеевой, Пономарева и других.
Приятно также поиздеваться над свидетелями, специалистами и прочими приглашенными стороной защиты. Особенно, если люди приехали в Хамсуд специально из-за границы. Каждый раз, видя в зале переводчика Юрия Сомова, который многократно переводил суду при допросе иностранных специалистов, Лахтин требует установить его личность, затем профпригодность, квалификацию, спускается до вопросов независимости, не забывает уточнить размер вознаграждения и цену билетов из США. Читать дальше »
@pravdambk
pravdambk
pravdambk_lj
pravdambk
pravdambk