27.10.2009

Свидетель Захаров

Господин Захаров имеет уже стандартный бэкграунд для свидетеля обвинения. До 1995 года он работал в МФО «Менатеп», с 1995 до 1998 гг СП РТТ, 1998—1999 г.г. ООО «Макариос и компания». Создается даже впечатление, что обвинение решило из какого-то принципа допросить всех сотрудников СП РТТ. Принцип «какой-то», поскольку причины такой привязанности к работникам компании остаются пока неизвестными. Им задаются одинаковые вопросы, получаются одинаковые ответы.

Как и его предшественники на свидетельском месте, господин Захаров был проинтервьюирован по вопросам, касающимся деятельности и банкротства МФО «Менатеп», процедуры избрания Совета Директоров ОАО ВНК и проведения общих собраний акционеров ОАО ВНК. Как указанные вопросы соотносятся с предметом судебного разбирательства, прокуроры в очередной раз отказались разъяснить.

Кроме того, по ходатайству прокурора Лахтина В.А. при отсутствии каких-либо противоречий с показаниями свидетеля в суде (то есть в отсутствие законных оснований) были оглашены показания свидетеля, данные им на предварительном следствии. Будучи допрошенным еще в 2000 году, свидетель пояснил, что на одном из заседаний СД ОАО ВНК рассматривался вопрос об одобрении сделок с акциями ОАО «Томскнефть» ВНК: был сделан доклад, который обсуждался, присутствующие имели возможность высказать свое мнение, в том числе и против. После обсуждения было проведено голосование и большинством голосов сделки были одобрены. Он тоже голосовал за их одобрение, поскольку не видел никаких оснований голосовать против. Ему известно, что эти сделки были совершены в целях защиты от требований компании Биркенхольц, и что впоследствии эти акции были возвращены в ВНК.

Как и предыдущие свидетели, господин Захаров, отвечая на вопросы, подготовленные обвинением, фактически подтвердил позицию защиты. Каждый раз, допрашивая свидетелей по вопросам хозяйственной и договорной деятельности, прокуроры неминуемо доказывают, что числящиеся ограбленными компании получали выручку и прибыль, чем снова и снова опровергают поддерживаемое ими обвинение.

Относительно новым в допросе свидетелей можно считать тот факт, что Захаров выразил вполне обоснованное недоумение использованию понятия «хозяйственная деятельность» в том смысле, какой в это вкладывает обвинение. Впрочем, удивление свидетеля, почему под хозяйственной деятельностью может пониматься лишь «сборка машин, изготовление скрепок», но ни в коем случае ни «приобретении акций», разделили все присутствующие на процессе.