www.ng.ru

Гурами Авалишвили, как свидетель, интересовал обвинение сочетанием двух своих качеств. Во-первых, долгое время он проработал в нефтяной отрасли Томской области ^[1]. Сначала в ОАО «Томскнефть» ВНК, затем заместителем главы Томской области, затем заместителем министра топлива и энергетики РФ. Во-вторых, что может даже более важно для стороны обвинения, свидетель Авалишвили не испытывает, мягко говоря, теплых чувств к бывшему руководству ЮКОСа, после прихода которых к управлению «Томскнефть» ВНК Авалишвили пришлось покинуть руководящие должности в компании.

Надо сказать, свидетель Авалишвили обвинение не подвел. Он много говорил об изменениях, случившихся в «Томскнефть» ВНК после прихода менеджерской команды из ЮКОСа. Все его рассказы сопровождали уничижительные эпитеты и самые критические оценки. Однако, что удивительно, если не обращать внимания на субъективные негативные определения, которыми свидетель Авалишвили сопровождал весь свой рассказ, то из свидетеля обвинения он превращался в свидетеля защиты.

Господин Авалишвили рассказал, что новые менеджеры делали все, чтобы минимизировать расходы и увеличивать прибыль. Но это ли не высшая цель любого коммерческого предприятия? Более того, для менеджеров акционерного общества приносить акционерам прибыль в виде дивидендов — это не просто цель, но и законодательно установленная обязанность. Также, по словам Авалишвили, ЮКОС перевел большую часть работ на аутсорсинг. Но в современном бизнесе это не просто обычная, а даже обязательная практика для успешных компаний. Свидетель напирал на разрыв новыми управленцами «производственной цепочки». Однако после допроса свидетеля Ходорковским стало понятно, что так Авалишвили именует изменение направления финансовых потоков, которые стали обходить менеджеров и в соответствии с законом идти акционерам.

В общем, господин Авалишвили честно выполнил поставленную перед ним обвинением задачу — постараться максимально опорочить обвиняемых. И не его вина, что в процессе выполнения этой задачи он, по сути, выступил на стороне защиты. Ведь помимо того, что Авалишвили рассказал о ЮКОСе как о нормальной, ведущей обычную производственную деятельность, компании, так еще и вслед за предыдущими свидетелями сказал главное: нефть, добываемая компанией «Томскнефть» ВНК полностью поступала в трубопровод государственной «Транснефти», а стало быть, никем похищена быть не могла.

И если отвлечься от художественной составляющей выступления свидетеля Авалишвили, единственное что он сказал по сути предъявленных Ходорковскому и Лебедеву обвинений — это что преступления физически совершены не были.