Долгое время меня, да что там меня – всех, мучил вопрос: как государственные обвинители решились выйти в суд с полным отсутствием доказательств, да и самих фактов преступлений?

Мне кажется, что последние выступления прокурора Лахтина приоткрывают эту завесу над этой тайной. Прокурор Лахтин нынче читает перевод с английского финансовой отчетности ЮКОСа. И вот закралось ко мне в душу смутное сомнение, а потом и укрепилось окончательно – да, ведь он просто не понимает того, что читает. Нет, даже не так. Много раз говорилось, что прокуроры плохо разбираются в материалах дела. Но не надо недооценивать силу невежества.

По крайней мере, один из четверки прокуроров – господин Лахтин – вообще не понимает смысла произносимых им слов и звуков. Он просто читает. Как если бы ему написали текст на голландском или финском языке русскими буквами. В этом случае чтение вслух вообще минует мозг. Сигнал идет от глаз непосредственно на язык. Поэтому удивляться, что для него нет разницы между инвестициями и дефинициями, не стоит. И спорить, и поправлять – тоже бессмысленно.

Платон Лебедев изумлялся тому, что Лахтин не заметил неправильного употребления переводчиком термина подоходный налог. Что не может быть упоминания налога, взимаемого с физических лиц, в отчетности юридического лица. Но по лицу господина Лахтина было видно, что он искренне не понимает причины нагоняя. Скорее всего, он вообще не знает, что с разных типов плательщиков взимаются разные налоги. Да и о существовании Налогового кодекса не факт, что догадывается. Он просто читает.

Сделав для себя это открытие, я призадумался, а хорошо это или плохо? Честно, не знаю. С одной стороны, неплохо. Ведь, это значит, что в деле меньше злого умысла, чем могло быть. А с другой – ничего хорошего. Ведь по глупости можно натворить бед еще больше, чем со зла.