Не то чтобы много людей рвалось прийти свидетелями в зал номер 7 на процесс по делу Михаила Ходорковского и Платона Лебедева. Всем памятен опыт Антонио Вальдес-Гарсиа, ставшего инвалидом после поездки в России по программе защиты свидетелей. Зубы, полагаю, вставил, переломы и шрамы залечил, но из Испании больше к нам ездить не хочет. Доверие к органам правопорядка, видимо, невосстановимо.

А они, между тем, в ходе допроса свидетелей защиты не гнушаются ничем. Казалось бы – могли за это время взяться, поднатужиться, накопать, наконец, ну хоть что-то, хоть какие-то улики в преступлениях МБХ и Лебедева. Ан нет. Гораздо проще, к примеру, пытаться заявить отвод переводчику (!) одного из экспертов, под предлогом, что тот теряет «профессиональное реноме». Предположив, что интеллигентный специалист в области лингвистики не найдет, чем возразить зарвавшимся хамам, прокуроры жестко просчитались. Господин Сомов отбрил прокурора Лахтина великолепной ораторской речью. Лахтин никогда в жизни не смог бы произнести подобное в силу особенностей своих речевого и мыслительного аппаратов.

А что стоит попытка прокуроров «взять на понт» бывшего банкира. Без учета, правда, что банкир этот – Виктор Геращенко. Который, как мы помним, за словом в карман не полезет. Но на этот раз г-н Геращенко лишь мягко поставил «полковника» Лахтина на место, посоветовав ему «не врать и не заниматься глупостями», и назвав обвинение в адрес Ходорковского и Лебедева «чушью собачьей».

Логично поэтому, что и ряд высших должностных лиц, о вызове которых в Хамсуд неоднократно ходатайствовали адвокаты, не спешит выполнять свой гражданский долг. Услышали, наверное, слова прокурора Смирнова: «то, что Ходорковского и Лебедева преследуют по политическим мотивам — вообще-то это обвинение! Обвинение в совершении тяжкого преступления!». Так вот придешь в суд да не выйдешь потом с такими бдительными прокурорами!

На самом деле, удивляться нечему. Действия прокуроров – отражение ментальности всей власть-придержащей российской «элиты». Владимир Путин, к примеру, «не узнал» культового рокера Юрия Шевчука на встрече с интеллигенцией, а потом весьма интеллигентно обращался к нему не иначе как «Юра». Слова музыканта о том, что в стране нет свободы слова, премьер принял в штыки. И весьма аргументировано заявил, что нечего собираться на свои никому не нужные митинги у детских больниц, мешая пациентам, или на пути у автолюбителей, едущих на дачи. Действительно, это ж может вызвать ответный митинг – больных детей или дачников!

На следующий день милиция приняла позицию премьера как руководство к действию. ОМОН разогнал, и жестко, тех, кто вышел 1 июня на Триумфальную площадь в центре Москвы, пытаясь защитить 31 статью Конституции – она гарантирует право на свободу собраний и шествий. Защитников Конституции покидали в автобусы и затем продержали почти до утра в милиции. Многие были избиты, а журналисту «Газеты.ру» сломали руку. Однако ГУВД, оправдываясь, тут же заявило, что вовсе милиционеры никого и не били, а все эти оппозиционеры «сами упали». Знакомые методы. Сам упал из окна (и несколько раз, вырывая себе зубы в процессе) Антонио Вальдес-Гарсиа.

Примечательно, что никто из этих исполнителей, начиная с милиции на Триумфальной и заканчивая торчащим в зале номер 7 у своего компьютера Валерием Лахтиным, ни за что не отвечает. Каждый из них прикрывается интересами государства. У которого, как известно из речей наших властителей, во главе угла стоит Человек. Какой именно, правда, не уточняется…