02.07.2009

Под стражей, но при исполнении

Автор: Дмитрий Шибаев

Визит в Хамовнический суд на процесс М. Ходорковского и П. Лебедева, 2 июля 2009 года

К началу заседания сегодня пришло человек 35. Много журналистов и студентов, последние, впрочем, удалились при первом же перерыве. В самом начале, когда еще усаживались прокуроры, Платон Лебедев слышимо журил адвокатов Ривкина и Мирошниченко: «на эти вещи вы должны обращать внимание». Михаил Ходорковский в этот момент обменивался документами со своими защитниками и одновременно здоровался с пришедшими на суд.

А через пять минут прозвучало известное вступление судьи Виктора Данилкина: «Продолжается дело по обвинению Ходорковского и Лебедева». Все опустились на скамейки.

Но один из конвоиров так и остался стоять перед аквариумом. Таким образом, во время заседания подсудимых от адвокатов стало отделять не только бронированное стекло, но и отважный боец ФСИНа. Но длилось это недолго. Через 15 минут Ходорковский не выдержал и весьма твердо обратился к судье: «Ваша честь, мы в свое время договаривались, что конвой не должен нам мешать видеть всех участников процесса». Председательствующий Данилкин быстро спросил либо конвоира, либо Ходорковского: «Это обязательно?». Экс-глава ЮКОСа вздернул брови вверх, поражаясь ситуацией. Храбрый боец ФСИНа был потерян и стал смотреть по сторонам, ища поддержки, но его прямого начальства не было. Ходорковский категорически не садился на место, пока отважный конвоир не догадался отойти в сторону, а после и вовсе сидеть рядом с «аквариумом». Судья Данилкин чуть ли не поблагодарил инициативного парня в отсутствии его начальника: «Просто нам так удобнее общаться, мы привыкли к непосредственному контакту». И к всеобщему облегчению, а главное, к облегчению этого конвоира, напряженность стала падать...

Прокурор Лахтин продолжил чтение доказательств вины в виде документов о передачи нефти одной компанией другой. Несколько раз за спиной я слышал: «И это доказательства? Нет, правда, это уже доказательства?».

После читки Лахтиным нескольких листов тома — Платон Лебедев прервал долгий монолог прокурора: «На листах 239, 240, 241,242 указаны организации „Томскпетролиумгаз“ и „Менатеп инвест лимитед“, наименования которых в обвинении и списке потерпевших отсутствуют полностью. В дальнейшем, чтобы не отнимать время суда, адвокат Мирошниченко будет говорить: „Аналогично“ об организациях, которых нет в обвинении». Ну а следом Лебедев с улыбкой добавил, что если появится, что-то новое, то будет другое обращение.

Каждый раз я смотрю на судью Данилкина и все сложнее понимаю, как он будет выносить приговор. Намеренно не отмечаю: обвинительный или оправдательный. Потому что из всего озвученного прокурорами невозможно писать никакой приговор. Замечания адвоката Мирошниченко вряд ли особо помогут председательствующему.

Уже с обеда прокурор Лахтин начал зачитывать удивительные документы. Сначала они были удивительными для Лебедева, а после и для Ходорковского. Речь шла о сделках передачи нефти после 2 июля 2003 (Платон Лебедев был под стражей), и даже о документах после 25 октября (под стражей находился уже и Ходорковский). При этом прокуроры не забывали справлять акцент на то, что подсудимые пользовались служебным положением. Разумеется, что защита свои замечания заносила в протокол.

После обеда в зал пришла новая гостья. Адвокаты, обсудив с подзащитными действия на следующие полтора часа, расступились и указали обвиняемому на темноволосую девушку — это была красавица Настя, дочка Ходорковского. Ничего большего сказать не смогу, ибо глубоко убежден, что в этот момент их нужно оставлять наедине, потому что это совсем не родители и не жена. Это дочка на скамейке и папа в «аквариуме». Я смотрел на посетителей заседания в этот момент и увидел много единомышленников.

А в 15:50 грянул за окном гром. Не так уж и сильно, но судья и прокурор Шохин быстро обернулись к окну. Дождя не ожидали. Через 15 минут Лахтин признался, что у него на сегодня все. Данилкин кивнул и дал конвою десять минут... Завтра продолжение.

PS: приходите на заседания. Это очень важно!