Автор: Дмитрий Шибаев ^[1]
18.09.2009

Ура! Свершилось. В 12 часов все взглянули на прокурора.

Когда я шел сегодня в суд, то без тех вопросов, которые каждый раз задают себе посетители зала №7. И как чувствовал. В полдень прокурор Ибрагимова, после того как коллега Лахтин закончил читать очередной лист тома, проинформировала председательствующего Данилкина, что на этом гособвинение закончило оглашение письменных доказательств.

Такая неожиданность была в радость, да и в тягость одновременно. Дальше посетителей ждали частые и долгие перерывы в заседании, а подсудимым предстояло курсировать из «аквариума» в комнату на четвертом этаже. Разумеется в сопровождении конвоя. Комнаты той я не видел, но она есть.

А еще есть «состязательность» в процессе. Очень горячо за нее выступает прокурор Валерий Лахтин. Впереди допрос свидетелей со стороны обвинения, а их больше 250. Встает адвокат Терехова с ходатайством о том, чтобы защиту ознакомили с графиком вызова в суд свидетелей: «нам это нужно, чтобы успеть подготовить вопросы». И тут прокурор Лахтин встает, смотрит на адвокатов и даже странно ему. Оказывается, что просьба адвокатов — лишает процесс состязательности, а гособвинителей тактики. Судья разводит руками, он не может обязать прокуроров предоставить график вызова свидетелей. Что ж... Тактика дорогого стоит. Тем более что Лахтин пообещал, что еще не все доказательства вины Ходорковского и Лебедева предоставлены.

Зритель слушает, судья вмещает, а на закуску заявление Платона Лебедева. Одно только вступление меняет выражение лица Виктора Николаевича Данилкина. Блестящая речь экс-главы «МЕНАТЕП» об отводе гособвинителей Шохина и Лахтина и проведении в отношении этих лиц судебно-психиатрической дисциплины. Долгое выступление Лебедева дало возможность председательствующему собраться с мыслями и через сорок минут перерыва отказал в удовлетворении этого ходатайства. Он торопился, он успел.

Да, кстати, не стоит в зале громить аплодисменты, как бы их не заслуживал участник процесса. Судья Данилкин был несправедлив сегодня лишь в том, что удалил инициатора, а не всех хлопающих в ладоши.

Чтения закончились, но слушания продолжаются.