RSS
Уже в 7 часов утра у входа в суд было столпотворение. Суд открылся в 9 часов, но столпившуюся прессу не запускали. Наконец в 9.30 начали приглашать телекамеры. Журналисты давились, кричали друг на друга, приставы с каменными лицами наблюдали за происходящим. Адвокатам с трудом удалось провести в помещение суда родственников подсудимых.
Десятки телевизионщиков, пронося над головами друг друга штативы и стремянки, устраивались в зале суда.
Без десяти десять с улицы послышались крики. Стало ясно – привезли подсудимых. Те, кто был на улице, приветствовали их. «Свободу! Свободу!» — разносился по улице крик. Весь Ростовский переулок перед зданием суда был заполнен народом – журналистами и публикой, не попавшей в зал. У многих в руках портреты Как передает «Интерфакс», из известных людей к Хамовническому суду приехали сопредседатель партии «Правое дело» Леонид Гозман, лидер движения «За права человека» Лев Пономарев, актриса Наталья Фатеева, актер Игорь Ясулович, карикатурист Андрей Бильжо, главный редактор «Новой газеты» Дмитрий Муратов.
Тем временем в зал на третьем этаже начали заводить фотографов. Они пытались занять места перед телекамерами. «Фотографы сейчас снимают доставку и спокойно выходят из зала! – объявляла пресс-секретарь Мосгорсуда Анна Усачева. – Остаются пишущие и телекамеры. Телевизионщики выходят через 10 минут после начала оглашения приговора…». Тем временем в зал зашли и пишущие журналисты, с трудом разместившись на лавках.
«Внимание! Я попрошу на две минуты опустить объективы, это требование безопасности!» — объявил представитель суда. Наступила тишина. Двое в милицейской форме подошли, отвернув лица от камер, к «аквариуму», проверили замок.
Обещанной доставки подсудимых в зал ждали еще минут двадцать.
«Внимание, двойку поднимают!» — наконец послышался голос из рации. Все оживились.
Наконец дверь открылась и внутрь завели подсудимых. Защелкали вспышки. Платон Лебедев, заходивший первым, даже зажмурился. «Михаил Борисович, как у вас настрой?» — крикнули из толпы журналистов. Улыбаясь, но не отвечая, Ходорковский и Лебедев зашли в «аквариум». Они кивали всем присутствующим. Лебедев, прижав ладонь к щеке, качал головой с улыбкой, поражаясь количеству журналистов. Ходорковский и Лебедев махали рукой своим близким, те в ответ махали им. Читать дальше »
Сообщение из ПрессЦентра Михаила Ходорковского и Платона Лебедева: «Сайт Пресс-центра Михаила Ходорковского и Платона Лебедева www.khodorkovsky.ru с 11 часов по московскому времени подвергается ddos атаке и временно недоступен. В настоящее время наши специалисты пытаются сделать все возможное, чтобы сайт опять заработал.»
Update: Оглашение приговора проходит в обстановке повышенной секретности:
— сайт khodorkovsky.ru под ддос атакой;
— пресса с фото- и телекамерами удалена из зала судебного заседания;
— видео-трансляции из зала суда в зал для прессы нет.
27 декабря 2010 года в Хамовническом суде начинается оглашение приговора по второму делу Михаила Ходорковского и Платона Лебедева. На протяжении 22 месяцев, которые длился процесс, команда адвокатов Ходорковского и Лебедева предпринимала беспрецедентные усилия по опровержению сфальсифицированного обвинения, доказывая, что не только их подзащитные не принимали участие в преступлении, но и самого факта преступления не существует в природе. Эти усилия не пропали даром – все, кто имел желание следить за ходом процесса, убедились в абсолютной невиновности подсудимых.
Но, как это часто бывает в нашей стране, юридическая доказанность невиновности не влечет за собой в обязательном порядке оправдательный приговор. Особенно это верно в отношении такого политически мотивированного и общественно значимого процесса, как дело Ходорковского и Лебедева. Для вынесения справедливого, а значит оправдательного, приговора необходима не только полная убежденность в недоказанности и недоказуемости обвинения, но и политическая воля руководства страны.
В такой ситуации повлиять на власть возможно лишь массовым проявлением волеизъявления граждан. Если вспомнить все последние случаи, когда руководство страны изменяло свою позицию по тому или иному вопросу, то чаще всего это было сделано под давлением общественного мнения. Даже в таком болезненном для руководства страны вопросе как «дело ЮКОСа» под влиянием массовых кампаний, инициированных общественностью, из-под ареста были освобождены Василий Алексанян и Светлана Бахмина.
Поэтому учитывая, что все судебно-юридические механизмы борьбы за справедливость в деле Михаила Ходорковского и Платона Лебедева в условиях зависимости судебной системы исчерпаны, мы предлагаем всем неравнодушным гражданам Российской Федерации включиться в общественную кампанию по сбору подписей за освобождение Михаила Ходорковского и Платона Лебедева. Мы верим, что при наличии критической массы подписавших обращение мы сможем положительным образом повлиять на судьбу этих двух достойных и несправедливо преследуемых людей.
Председатель Конституционного суда Валерий Зорькин заявил о том, что «Россия, если захочет, может выйти из-под юрисдикции Европейского суда по правам человека». Как Вы считаете, связано ли это заявление Зорькина с предстоящим рассмотрением в Страсбурге жалобы Михаила Ходорковского и иска акционеров ЮКОСа к Российской Федерации?
Тамара Морщакова, бывший конституционный судья
Нет, конечно, нисколько не связано. Это связано с другим делом, по которому Европейский суд не согласился с Конституционным судом. Конституционный суд не нашёл ничего противоконституционного в этом деле о праве отца на трехлетний отпуск по уходу за младенцем. Такой отпуск отцу не предоставляли, а Европейский суд счёл, что его конституционные права нарушены, что имеет место дискриминация. Вот и всё. И Зорькин возражал исключительно по этому частному поводу. Я считаю, что он в некоторой такой запальчивости произнёс эти слова. На самом деле юридически это невозможно для нас без того, чтобы мы сначала поменяли Конституцию. Я уже не говорю о том, что политически это совершенно нецелесообразно. Я думаю, что наше внешнеполитическое ведомство таких заявлений ещё никогда не делала и вряд ли сделает.
Алексей Макаркин, политолог, заместитель руководителя Центра политических технологий
Нет, Зорькин сказал другое, он сказал вещь значительно сложнее и интереснее: мы не выходим, мы очень уважаем Европейский суд, но Конституционный суд, председателем которого он является, может отменять для России решения Европейского суда. Я думаю, что дело ЮКОСа – это, как раз, одна из причин. Другое дело, что Зорькин не может просто сказать: мы отменим и всё, он должен привести какое-то обоснование. Аргументацией в этом случае является один единственный прецедент: в Германии Конституционный суд действительно не согласился с одним решением Европейского суда. Из этого он как раз свою конструкцию и выводит. Если Конституционный суд России будет ревизировать решения Европейского суда, чтобы они не действовали на территории России, и это будет касаться защиты интересов государства от граждан, то это будет означать серьёзный системный конфликт с Европейским судом по правам человека и Советом Европы. Причиной этого конфликта может быть и дело ЮКОСа. Я думаю, что сейчас Конституционному суду будет значительно сложнее пойти на такой конфликт, когда наш президент участвует в саммите Россия-НАТО в Лиссабоне, а премьер-министр говорит о необходимости экономической интеграции с Западом.
Алексей Кондауров, член президиума Совета Национальной ассамблеи России, генерал-майор КГБ СССР
Во всяком случае, исключать этого нельзя. Я читал контекст, в котором это было сказано, я не думаю, что это так серьёзно, как может показаться на первый взгляд. И на самом деле не господин Зорькин это решает, а другие люди. Я думаю, что даже с угрозой проигрыша дела ЮКОСа в Европейском суде, я не вижу реальных политических условий, во всяком случае, сейчас, что это предостережение Зорькина может быть выполнено.
Людмила Альперн, руководитель программы посещения тюрем, заместитель директора Центра содействия реформе уголовного правосудия
Во-первых, кроме ЮКОСа там рассматриваются и другие жалобы... Там ведь очень высокий иск акционеров ЮКОСа, который в какой-то степени равнозначен бюджету и в таком случае Российской Федерации придётся защищаться. Если эта угроза реальна, то я думаю, что есть все основания так полагать.
Игорь Бунин, президент Центра политических технологий
Это частично связано, там рассматривается ещё несколько дел, которые вызывают негативную реакцию Зорькина и ставят под удар репутацию России: [Владимир] Рыжков по поводу Республиканской партии, компартия по поводу выборов 2003 года и запрет марша сексуальных меньшинств, и ЮКОС естественно. Но я думаю, что на самом деле, это некая угроза и больше ничего, это невозможно.
 |
| Автомат в ногах, а что в головах? | © Павел Шевелев |
Вы думаете, «дело ЮКОСа» — это только Ходорковский, Лебедев и Пичугин? Ничего подобного. Лес рубят – щепки летят. Таких щепок – десятки людей, либо вынужденных скрываться от яростного властного беззакония, либо скрыться не успевших. Один из них — Владимир Переверзин, бывший заместитель руководителя дирекции внешнего долга ЮКОСа, получивший 11 лет строгого режима «за хищения и легализацию» миллиардов долларов.
Он сидит уже почти 6 лет. То, что он до сих пор жив и относительно здоров, само по себе является чудом. Достаточно вспомнить Василия Алексаняна, заработавшего в заключении СПИД и рак, Антонио Вальдеса-Гарсию, искалеченного «программой защитой свидетелей», Светлану Бахмину, рожавшую третьего ребенка в тюрьме. С этих «щепок» сняли дополнительную стружку. Переверзину же вдруг повезло. Читать дальше »
| Отчизне мы не судьи. Меч суда Погрязнет в нашем собственном позоре… И. Бродский |
Автор: Валентин Гефтер, правозащитник, член президентского совета по правам человека, исполнительный директор Института прав человека.
Сегодня наш взгляд обращен в ближайшее будущее – на скорое завершение уголовного процесса Ходорковского-Лебедева. Причин этому множество, выделим главные.
Первая: общепринято, что немалая часть судебных решений в современной России принимается под давлением извне, в том числе со стороны представителей высших органов власти, включая судебные.
Поэтому громадное значение имеет независимость судебного решения от любого неправового мнения, будь то расхожие предрассудки типа «все воруют, богатые больше других» или презумпция автоматического исполнения судом прокурорских инвектив без опоры на факты и Право.
Во-вторых, уверенность, что правосудное и справедливое решение по данному делу может стать чуть ли не критическим для отечественной юстиции и, в целом, будущего нашей страны как правового государства.
В противном случае, слабые надежды на провозглашаемые с самого верха реформы в судебно-правовой сфере столкнутся с реалиями их полного торможения, собьют робкую волну правосудных решений в ситуациях, в которых просматривается хоть какая-то заинтересованность исполнительной власти.
К тому же, ожидаемый всеми вердикт Хамовнического суда способен заметно повлиять на правосознание многих судей, придать мудрости и смелости тем, кто желает судить по закону и справедливости.
И, наконец, неправосудное решение ляжет тяжким бременем на власть, которая неизбежно будет выглядеть в глазах своих сограждан еще менее правовой и еще более жестокой к своим реальным или мнимым оппонентам. Ведь, с учетом того, что в нашей стране до сих пор доминирует традиция управляемости вынесением общественно значимых судебных решений, «заслуга» за принятие любого решения по данному делу неизбежно будет приписана тем, кто «наверху». Поэтому мы все отвечаем за то, чтобы мотивированность и качество решения суда как высшего арбитра продемонстрировали его независимость и справедливость. «Зависеть от царя, зависеть от народа» — одинаково недостойно нашего времени.
Последнее слово только за судом. И это должно быть понятно всем.
Что для вас лично будет означать вынесение судом оправдательного или обвинительного приговора Михаилу Ходорковскому?
Милов Владимир, руководитель организации «Демократический выбор»
Когда Михаил Ходорковский и Платон Лебедев окажутся на свободе, это будет означать для России действительно шанс двинуться той дорой надежды, о которой Ходорковский говорил в своём заключительном слове на процессе. Если же их оставят в тюрьме и будет вынесен новый приговор, какие бы сроки там ни были, это будет означать, что Россия по-прежнему находится во мраке, движется вспять в своём историческом развитии и в нашей стране попираются элементарные права, свободы, законность и здравый смысл ради того, чтобы какие-то люди удерживали контроль над страной и её народом, ресурсами и могли эксплуатировать их в личных целях. Поэтому процесс – это самый важный градусник, который измеряет температуру нашей страны сегодня. Если это всё кончится обвинительным приговором, то это по-прежнему значит, что Россия тяжело больна и болезнь переходит в затяжную и очень тяжёлую стадию.
Николай Сванидзе, телеведущий, член Общественной палаты
На мой взгляд, если обвиняемые будут оправданы – это будет абсолютно нормальное, логичное и здравое решение, которое пойдёт на пользу и российскому суду и нашей стране в целом и репутации страны в мире. Это будет решение, которое будет воспринято обществом с пониманием. Если же Ходорковский и Лебедев будут признаны виновными – чего в принципе многие ждут, и я этого жду, что именно такой будет вердикт суда, дай Бог ошибиться, то это будет ещё одной гирей на ногах репутации нашего суда, который и так оставляет желать много лучшего. Это решение будет воспринято как не решение суда, а решение власти. В целом общество, даже те, кто равнодушен к судьбе Ходорковского и Лебедева или не любит их, не желают им добра (а таких очень много), но даже эти люди подобного решения суда не поймут. Оно нелогичное, оно не вытекает просто из человеческих представлений о том, как должно быть.
Вера Глаголева, актриса и кинорежиссер
Я надеюсь, что всё-таки будет оправдательный приговор, так много сил было потрачено, чтобы создать общественное мнение. Я считаю, что правда восторжествует, слишком уж это затянулось. Самое главное, что обвинение не подтверждается, по выступлению защиты понятно, что всё в принципе сфабриковано. Если же будет обвинительный приговор, то общественное мнение ещё больше будет этим заниматься и может всё-таки услышат. Я уже сравнивала это с Егором Бычковым, когда сплочение общества очень повлияло на исход дела. Я думаю, что может что-то измениться, должно! Читать дальше »
 |
| Прокуроры ставят цветы сами себе | © Павел Шевелев |
Сегодня, 17 ноября, истек срок ареста Михаила Ходорковского и Платона Лебедева по второму уголовному делу. Это означает, что их обязаны выпустить из следственного изолятора – тюрьмы — и перевести в тот режим содержания, к которому они были приговорены судом по первому делу. То есть, в колонию общего режима.
С сегодняшнего дня закон о содержании под стражей на Михаила Ходорковского и Платона Лебедева уже не распространяется. Они остаются под замком, но по другим условиям – по статье 77.1 Уголовно-исполнительного Кодекса РФ. А статья эта предусматривает, что заключенные, привезенные в СИЗО из колонии общего режима (в качестве подсудимых или свидетелей по какому-то делу), должны находиться в СИЗО в условиях того же общего режима. Читать дальше »
Найдено здесь — http://www.alleng.ru/d/engl/engl106.htm
@pravdambk
pravdambk
pravdambk_lj
pravdambk
pravdambk