свидетель Екатерина Мушина | © Павел Шевелев [1]

Всем привет.

Достоверно о преступлении, «которое подлежит доказыванию в зале №7», пока ровно ничего не известно. И об этом Платон Лебедев продолжил рассказывать в своей шестой лекции. Он достоверно выявил «неувязочки» прокурорского труда.

Например: место преступления как такового не существовало. И это даже не про остров-не остров Гибралтар. Речь идет о том конкретном месте, где похититель прихватил, а потерпевший расстался с нефтью, о том месте, где преступление, якобы, состоялось.

Или другой пример: прокуроры совсем никакого внимания не обратили на тот факт, что один «Юганскнефтегаз» за это время показал прибыль в 3,5 млрд. долларов. Может, потерпевшие дочки ЮКОСа тоже ее где-то похитили? Может быть, у самого ЮКОСа? А ЮКОС, занятый похищением у них нефти, не заметил, как «дочки» воровали у него в этот момент деньги?

Ответов на эти вопросы мы так сегодня и не получили. Зато после обеда пришла свидетель Екатерина Мушина. Она рассказала о своей работе помощником у Платона Лебедева. Работала она, правда, недолго. Офис в Жуковке еще не был достроен, когда началось государственное рейдерство против ЮКОСа. Соответственно допрос свидетеля адвокатами был коротким.

Лахтин сегодня оказался любопытнее обычного. Поразительно, что он не спросил Мушину о ее бонусах и про оплату билета из дома в Хамсуд. Его интересовала работа с дневниками Ходорковского и Лебедева. Данилкин сначала был не рад потоку вопросов, однако не возражал, вспомнив о том, что Лахтин не силен в вопросах тайм-менеджмента.

Когда любопытство Лахтина было удовлетворено и свидетель отпущен, адвокат Ривкин сделал заявление, в котором показал, что Лебедев, по версии обвинения, организовал «отмывание похищенного» то ли в лесу, то ли в поле. И что после показаний Мушиной нет никаких сомнений в том, что найденный Лахтиным офис родом из той прокурорской галлюцинации.