свидетель Христенко | © Павел Шевелев [1]

Всем привет!

Сегодня перед заседанием некоторые зрители спорили: придет ли Виктор Христенко работать свидетелем или нет?

Вроде бы вчера Греф уже все сказал, о чем мог свидетельствовать чиновник такого ранга. Повторять – нет смысла, отрицать сказанное – позор. Выход один: больничный лист!
Возражали слабо: «Христенко публично заявил о своей законопослушности». Будто не понимают роль Закона в нашей стране.

Виктор Христенко о дискуссиях, видимо, осведомлен не был, и поэтому пришел. Сначала, правда, неприветливые люди в штатском и в форме обеспечили приличное расстояние высокого слуги народа от самого народа.

Вопросы задавал Ходорковский. И скоро все поняли, чем отличается экс-министр политэкономии от министра реальной экономической жизни. Греф мог позволить себе не помнить, что похищение 350 миллион тонн нефти противоречит любой экономической теории.

Христенко же выступал уверенно, говорил четко, ясно и, главное, по делу. В теории он не запутался потому, что он человек практики. А на практике из компании не пропало ни одного, не то что 350, миллиона тонн нефти.

История вокруг ЮКОСа была частью его работы. Поэтому Христенко не болел никакой амнезией. Лахтин изо всех сил старался отупить как память, так и рассудок этого важного свидетеля. Видимо, почуял взрывоопасную смесь Ходорковский-Христенко. На самом деле те двое смогли бы окончательно разрушить обвинение раз и навсегда. Но слишком далеко он в своих показаниях зайти не мог (видимо, по долгу службы), иначе ему пришлось бы повторить слова смелого француза Жака Косцюшко-Моризе.

После Ходорковского вопросы сиятельному свидетелю задавали прокуроры. Министр с удивительным терпением отвечал.

После двух дней нервного и напряженного труда суду потребовалось не менее пяти дней отдыха. Работа продолжится в понедельник. Как всегда, в зале № 7.