Из зала для прессы |© Павел Шевелев [1]

Всем привет.

Сегодня Лахтин все-таки уточнил часть обвинения. Оказывается, «…Нет надобности говорить о скважинной жидкости. Мы обвиняем Ходорковского в похищении нефти». Вот так-то. Интересно, как это ему удалось?

Получается, если вор решил похитить яйцо, Лахтин инкриминирует ему кражу желтка?

Похоже, Данилкин согласен с Лахтиным насчет скважинной жидкости, хотя он несколько дней назад назвал ее «горючим».

Если что-то из суждений надзирающего прокурора выглядит нелогичным, так это нормально. Это такая прокурорская конспирация. Лахтин между жидкостью и делом обещал в прениях пояснить, как складывается система обвинения. Вот тогда мы и узнаем, как Ходорковский похитил ЮКОС, почему каждая его сделка квалифицирована следствием как мошенничество, считается похищением всего добытого, а заодно отмыванием денег. Какое коварное триединство!

Данилкин согласился и с этим. Раньше времени разъяснить ничего не стоит. Наверное, судья уже все понял?

Разбирательство Лахтина с тремя ходатайствами защиты заняло около часа. Судя по всему, первые 45 минут Лахтин выводил «нет – нет – нет». Еще минут семь он читал. Данилкину же хватило пары минут для совещания с самим собой и принятия нужного решения.

С удивлением за всей процедурой следил посол французского МИДа по правам человека. Откровением стало для него, в частности, право прокурора опаздывать в суд на 40 минут.

Потом Ходорковский продолжил давать свои показания, прошел по листам ОЗ и указал, что прокурорский замысел уловить почти невозможно. Об этом подробно в протоколе, а также в завтрашней заметке из зала № 7.