Уже в 7 часов утра у входа в суд было столпотворение. Суд открылся в 9 часов, но столпившуюся прессу не запускали. Наконец в 9.30 начали приглашать телекамеры. Журналисты давились, кричали друг на друга, приставы с каменными лицами наблюдали за происходящим. Адвокатам с трудом удалось провести в помещение суда родственников подсудимых.
Десятки телевизионщиков, пронося над головами друг друга штативы и стремянки, устраивались в зале суда.
Без десяти десять с улицы послышались крики. Стало ясно – привезли подсудимых. Те, кто был на улице, приветствовали их. «Свободу! Свободу!» — разносился по улице крик. Весь Ростовский переулок перед зданием суда был заполнен народом – журналистами и публикой, не попавшей в зал. У многих в руках портреты Как передает «Интерфакс», из известных людей к Хамовническому суду приехали сопредседатель партии «Правое дело» Леонид Гозман, лидер движения «За права человека» Лев Пономарев, актриса Наталья Фатеева, актер Игорь Ясулович, карикатурист Андрей Бильжо, главный редактор «Новой газеты» Дмитрий Муратов.
Тем временем в зал на третьем этаже начали заводить фотографов. Они пытались занять места перед телекамерами. «Фотографы сейчас снимают доставку и спокойно выходят из зала! – объявляла пресс-секретарь Мосгорсуда Анна Усачева. – Остаются пишущие и телекамеры. Телевизионщики выходят через 10 минут после начала оглашения приговора…». Тем временем в зал зашли и пишущие журналисты, с трудом разместившись на лавках.
«Внимание! Я попрошу на две минуты опустить объективы, это требование безопасности!» — объявил представитель суда. Наступила тишина. Двое в милицейской форме подошли, отвернув лица от камер, к «аквариуму», проверили замок.
Обещанной доставки подсудимых в зал ждали еще минут двадцать.
«Внимание, двойку поднимают!» — наконец послышался голос из рации. Все оживились.
Наконец дверь открылась и внутрь завели подсудимых. Защелкали вспышки. Платон Лебедев, заходивший первым, даже зажмурился. «Михаил Борисович, как у вас настрой?» — крикнули из толпы журналистов. Улыбаясь, но не отвечая, Ходорковский и Лебедев зашли в «аквариум». Они кивали всем присутствующим. Лебедев, прижав ладонь к щеке, качал головой с улыбкой, поражаясь количеству журналистов. Ходорковский и Лебедев махали рукой своим близким, те в ответ махали им. Читать дальше »
Сообщение из ПрессЦентра Михаила Ходорковского и Платона Лебедева: «Сайт Пресс-центра Михаила Ходорковского и Платона Лебедева www.khodorkovsky.ru с 11 часов по московскому времени подвергается ddos атаке и временно недоступен. В настоящее время наши специалисты пытаются сделать все возможное, чтобы сайт опять заработал.»
Update: Оглашение приговора проходит в обстановке повышенной секретности:
— сайт khodorkovsky.ru под ддос атакой;
— пресса с фото- и телекамерами удалена из зала судебного заседания;
— видео-трансляции из зала суда в зал для прессы нет.
27 декабря 2010 года в Хамовническом суде начинается оглашение приговора по второму делу Михаила Ходорковского и Платона Лебедева. На протяжении 22 месяцев, которые длился процесс, команда адвокатов Ходорковского и Лебедева предпринимала беспрецедентные усилия по опровержению сфальсифицированного обвинения, доказывая, что не только их подзащитные не принимали участие в преступлении, но и самого факта преступления не существует в природе. Эти усилия не пропали даром – все, кто имел желание следить за ходом процесса, убедились в абсолютной невиновности подсудимых.
Но, как это часто бывает в нашей стране, юридическая доказанность невиновности не влечет за собой в обязательном порядке оправдательный приговор. Особенно это верно в отношении такого политически мотивированного и общественно значимого процесса, как дело Ходорковского и Лебедева. Для вынесения справедливого, а значит оправдательного, приговора необходима не только полная убежденность в недоказанности и недоказуемости обвинения, но и политическая воля руководства страны.
В такой ситуации повлиять на власть возможно лишь массовым проявлением волеизъявления граждан. Если вспомнить все последние случаи, когда руководство страны изменяло свою позицию по тому или иному вопросу, то чаще всего это было сделано под давлением общественного мнения. Даже в таком болезненном для руководства страны вопросе как «дело ЮКОСа» под влиянием массовых кампаний, инициированных общественностью, из-под ареста были освобождены Василий Алексанян и Светлана Бахмина.
Поэтому учитывая, что все судебно-юридические механизмы борьбы за справедливость в деле Михаила Ходорковского и Платона Лебедева в условиях зависимости судебной системы исчерпаны, мы предлагаем всем неравнодушным гражданам Российской Федерации включиться в общественную кампанию по сбору подписей за освобождение Михаила Ходорковского и Платона Лебедева. Мы верим, что при наличии критической массы подписавших обращение мы сможем положительным образом повлиять на судьбу этих двух достойных и несправедливо преследуемых людей.
Знаменитый Ларри Кинг решил завершить свою карьеру ударным интервью с Владимиром Путиным. Мы узнали, что дипломатический скандал с Wikileaks, в общем-то, дело житейское, хотя и неприятное. Быть Бэтменом Путину не очень понравилось. Сравнения парочки президент-премьер с героями комиксов Владимир Владимирович счел неэтичными. Ну, главное, мы узнали, что правят у нас в стране вовсе не спецслужбы, а народ! Так что нечего наговаривать на Россию.
Зато о предстоящих президентских выборах Владимир Владимирович высказался витиевато. На вопрос господина Кинга, будет ли Путин баллотироваться на выборах, российский премьер-министр скромно ответствовал, что по этому вопросу находится «в тесном контакте» с президентом Дмитрием Медведевым. И «в интересах российского народа» они вдвоем примут «согласованное решение». Читать дальше »
Председатель Конституционного суда Валерий Зорькин заявил о том, что «Россия, если захочет, может выйти из-под юрисдикции Европейского суда по правам человека». Как Вы считаете, связано ли это заявление Зорькина с предстоящим рассмотрением в Страсбурге жалобы Михаила Ходорковского и иска акционеров ЮКОСа к Российской Федерации?
Тамара Морщакова, бывший конституционный судья
Нет, конечно, нисколько не связано. Это связано с другим делом, по которому Европейский суд не согласился с Конституционным судом. Конституционный суд не нашёл ничего противоконституционного в этом деле о праве отца на трехлетний отпуск по уходу за младенцем. Такой отпуск отцу не предоставляли, а Европейский суд счёл, что его конституционные права нарушены, что имеет место дискриминация. Вот и всё. И Зорькин возражал исключительно по этому частному поводу. Я считаю, что он в некоторой такой запальчивости произнёс эти слова. На самом деле юридически это невозможно для нас без того, чтобы мы сначала поменяли Конституцию. Я уже не говорю о том, что политически это совершенно нецелесообразно. Я думаю, что наше внешнеполитическое ведомство таких заявлений ещё никогда не делала и вряд ли сделает.
Алексей Макаркин, политолог, заместитель руководителя Центра политических технологий
Нет, Зорькин сказал другое, он сказал вещь значительно сложнее и интереснее: мы не выходим, мы очень уважаем Европейский суд, но Конституционный суд, председателем которого он является, может отменять для России решения Европейского суда. Я думаю, что дело ЮКОСа – это, как раз, одна из причин. Другое дело, что Зорькин не может просто сказать: мы отменим и всё, он должен привести какое-то обоснование. Аргументацией в этом случае является один единственный прецедент: в Германии Конституционный суд действительно не согласился с одним решением Европейского суда. Из этого он как раз свою конструкцию и выводит. Если Конституционный суд России будет ревизировать решения Европейского суда, чтобы они не действовали на территории России, и это будет касаться защиты интересов государства от граждан, то это будет означать серьёзный системный конфликт с Европейским судом по правам человека и Советом Европы. Причиной этого конфликта может быть и дело ЮКОСа. Я думаю, что сейчас Конституционному суду будет значительно сложнее пойти на такой конфликт, когда наш президент участвует в саммите Россия-НАТО в Лиссабоне, а премьер-министр говорит о необходимости экономической интеграции с Западом.
Алексей Кондауров, член президиума Совета Национальной ассамблеи России, генерал-майор КГБ СССР
Во всяком случае, исключать этого нельзя. Я читал контекст, в котором это было сказано, я не думаю, что это так серьёзно, как может показаться на первый взгляд. И на самом деле не господин Зорькин это решает, а другие люди. Я думаю, что даже с угрозой проигрыша дела ЮКОСа в Европейском суде, я не вижу реальных политических условий, во всяком случае, сейчас, что это предостережение Зорькина может быть выполнено.
Людмила Альперн, руководитель программы посещения тюрем, заместитель директора Центра содействия реформе уголовного правосудия
Во-первых, кроме ЮКОСа там рассматриваются и другие жалобы... Там ведь очень высокий иск акционеров ЮКОСа, который в какой-то степени равнозначен бюджету и в таком случае Российской Федерации придётся защищаться. Если эта угроза реальна, то я думаю, что есть все основания так полагать.
Игорь Бунин, президент Центра политических технологий
Это частично связано, там рассматривается ещё несколько дел, которые вызывают негативную реакцию Зорькина и ставят под удар репутацию России: [Владимир] Рыжков по поводу Республиканской партии, компартия по поводу выборов 2003 года и запрет марша сексуальных меньшинств, и ЮКОС естественно. Но я думаю, что на самом деле, это некая угроза и больше ничего, это невозможно.
На прошлой неделе общественность бурно обсуждала главную новость – речь известного журналиста Леонида Парфенова на церемонии вручения премии имени Владислава Листьева. Того, в свою очередь, сподвигла на такой демарш ситуация с избиением журналиста Олега Кашина. Парфенов, подняв вопрос об истинных целях журналистики, раскритиковал нынешнее российское телевидение, которое перестало быть четвертой властью, а занимается лишь обслуживанием других ветвей власти. Темы для репортажей «окончательно поделились на проходимые по ТВ и непроходимые по ТВ», «за всяким политически значимым эфиром угадываются цели и задачи власти, ее настроения, отношение, ее друзья и недруги». Новости превратились в «старости», а информация – «в пиар или антипиар». Читать дальше »
![]() |
| Автомат в ногах, а что в головах? | © Павел Шевелев |
Вы думаете, «дело ЮКОСа» — это только Ходорковский, Лебедев и Пичугин? Ничего подобного. Лес рубят – щепки летят. Таких щепок – десятки людей, либо вынужденных скрываться от яростного властного беззакония, либо скрыться не успевших. Один из них — Владимир Переверзин, бывший заместитель руководителя дирекции внешнего долга ЮКОСа, получивший 11 лет строгого режима «за хищения и легализацию» миллиардов долларов.
Он сидит уже почти 6 лет. То, что он до сих пор жив и относительно здоров, само по себе является чудом. Достаточно вспомнить Василия Алексаняна, заработавшего в заключении СПИД и рак, Антонио Вальдеса-Гарсию, искалеченного «программой защитой свидетелей», Светлану Бахмину, рожавшую третьего ребенка в тюрьме. С этих «щепок» сняли дополнительную стружку. Переверзину же вдруг повезло. Читать дальше »

| Отчизне мы не судьи. Меч суда Погрязнет в нашем собственном позоре… И. Бродский |
Автор: Валентин Гефтер, правозащитник, член президентского совета по правам человека, исполнительный директор Института прав человека.
Сегодня наш взгляд обращен в ближайшее будущее – на скорое завершение уголовного процесса Ходорковского-Лебедева. Причин этому множество, выделим главные.
Первая: общепринято, что немалая часть судебных решений в современной России принимается под давлением извне, в том числе со стороны представителей высших органов власти, включая судебные.
Поэтому громадное значение имеет независимость судебного решения от любого неправового мнения, будь то расхожие предрассудки типа «все воруют, богатые больше других» или презумпция автоматического исполнения судом прокурорских инвектив без опоры на факты и Право.
Во-вторых, уверенность, что правосудное и справедливое решение по данному делу может стать чуть ли не критическим для отечественной юстиции и, в целом, будущего нашей страны как правового государства.
В противном случае, слабые надежды на провозглашаемые с самого верха реформы в судебно-правовой сфере столкнутся с реалиями их полного торможения, собьют робкую волну правосудных решений в ситуациях, в которых просматривается хоть какая-то заинтересованность исполнительной власти.
К тому же, ожидаемый всеми вердикт Хамовнического суда способен заметно повлиять на правосознание многих судей, придать мудрости и смелости тем, кто желает судить по закону и справедливости.
И, наконец, неправосудное решение ляжет тяжким бременем на власть, которая неизбежно будет выглядеть в глазах своих сограждан еще менее правовой и еще более жестокой к своим реальным или мнимым оппонентам. Ведь, с учетом того, что в нашей стране до сих пор доминирует традиция управляемости вынесением общественно значимых судебных решений, «заслуга» за принятие любого решения по данному делу неизбежно будет приписана тем, кто «наверху». Поэтому мы все отвечаем за то, чтобы мотивированность и качество решения суда как высшего арбитра продемонстрировали его независимость и справедливость. «Зависеть от царя, зависеть от народа» — одинаково недостойно нашего времени.
Последнее слово только за судом. И это должно быть понятно всем.
![]() |
| Ждут приговора | © Павел Шевелев |
Что для вас лично будет означать вынесение судом оправдательного или обвинительного приговора Михаилу Ходорковскому?
Великолепный вопрос! Он такой же, как весь этот «процесс», он так же ведет прямо в тупик.
Не может быть 15 декабря никакого приговора – ни оправдательного, ни обвинительного. Приговор, каким бы он ни был – это результат судебного процесса. В зале № 7 за последние 20 месяцев такого не происходило. То, что мы видели, «судом» назвать нельзя.
Это был театр, игра в правосудие, издевательство над справедливостью, абсурд, бред, фальшь, публичная казнь разума, тайное убийство рассудка, танец мертвых душ… это было чем угодно, только не судебным процессом.
С первого дня в этот юридический тупик загнали Михаила Ходорковского и Платона Лебедева, а также их адвокатов. Их унижали, мучили и пытали этим «процессом». Читать дальше »

RSS


